клеенка на пеленатор

(рассказ командира 104-го десантно-штурмового полка Геннадия Владимировича Анашкина)"8-го, около трех часов ночи меня вызвал мой командир дивизии и дал команду прибыть для получения боевой задачи. Я дал команду дежурному по полку на подъем полка. В три часа я был у командира и получил задание на формирование батальонно-тактической группы, которая должна была убыть на Кавказ. Первоначально время готовности было назначено на семь утра. Потом время перенесли, и в полном объёме вылеты начались в шестнадцать часов. Вылетали с нашего аэродрома Кресты. Первая группировка была переброшена пятнадцатью самолетами Ил-76. Старший группировки был я, единственный представитель дивизии. Нас посадили в Беслан группами, сначала восемь самолетов, потом остальные семь. Разгрузившись, на своей технике мы совершили ночной марш с часа ночи по маршруту Беслан Рокский перевал. Прошли сквозь Рокский туннель, в котором уже было много техники, входила 58-я армия. Замкомандующего округом передал мне приказ явиться к командующему округом и лично получить задание. Мы достигли населенного пункта Джава, я прибыл к командующему, который уточнил задание. Прибыть на западную окраину Цхинвала и зачистить отведенный район, вытесняя грузинские войска к границе Грузия Южная Осетия, и там занять оборону. Точная обстановка в Цхинвале нам была неизвестна. Знали, что там идут бои, в которых участвуют наши миротворцы, вот и вся информация. Мы совершили обходной марш по высокогорным дорогам, при завершении марша подверглись налёту грузинской авиации. Мои зенитчики сходу открыли огонь по самолёту, он уходил от трассеров, отклонился в сторону и бомбы прошли рядом. Не попал по колонне, а отработал параллельно. Мы вышли в указанный район, ночью прочесали сёла, нашли боеприпасы, реально грузинских военных там уже не было. От населения остались единицы, только одни старики. Утром поступила задача прибыть на южные окраины Цхинвала. Когда мы вошли в город, бои шли по окраинам и уже затихали. По уточненной задаче нам предстояло в качестве передового отряда пересечь границу и выйти в район Гори, закрепиться на рубеже северо-западнее города, у селения Вариани, где находился телецентр. У меня было две роты неполного состава, батарея четыре орудия "Нона" и три "бэтээра", на которых установили зенитки ЗУ-23. Практически вся наша мощь. Когда начали движение, над колонной начала работать авиация, зенитчики сделали несколько выстрелов из переносных комплексов, и в результате завалили грузинский самолет Су-25. Летчик катапультировался, его захватили в плен. Мы продолжили движение. У меня было не больше двухсот человек и наша десантная техника, "бээмдэшки-копейки", или, как шутят бойцы, "алюминиевые танки". В районе населенного пункта Хетагурово мы перешли границу, и из "зеленки" по нам открыли огонь грузинские танки. По счастливой случайности, видимо, Бог нас охранял, разрывы ложились близко, но не могли попасть ни в одну машину. Данные об обстановке отсутствовали. Что впереди, не знали. Ни одной русской части, ни одного разведчика. Мы первые. Шли в боевых порядках на большой скорости. Я дал приказ зенитчикам открыть огонь по "зелёнке". Трава была сухая и загорелась. Всё в дыму, их танки прекратили огонь, все их приборы и прицелы ослепли от дыма. Мы продолжили бросок. Шли по тылам, преодолели около сорока километров в направлении Гори. Нас никто не ожидал. Местное население собирало персики, в шоке поворачивали головы, бежали в разные стороны. Я предупредил своих по местному населению, пока в вас кто-нибудь не стрельнёт, огонь не открывать. Поэтому мы, тихо шелестя гусеницами, выполняли маневр. В основном по сёлам, по садам, избегая крупных селений. Двигаясь вдоль железной дороги, приблизились к Вариани. Разведка доложила, что на станции находится база с большим количеством вооружения. Склады, скопление техники, личный состав. Они заметили нас. Мы сходу развернулись, и начался бой. К базе на автомобилях прорывались грузины, мы их уничтожили. Бой продолжался около часа. База была захвачена, техника противника уничтожена. За нами шел 693-й полк 58-й армии, ему передали трофеи и пленных. Командир этого полка раньше служил в ВДВ, я с ним вместе учился в академии. Я ему говорю: "Родной, ты меня только не бросай!" Потому что мы оба понимали, куда мы идём. По большому счету, билет в один конец. Он с передовым отрядом своего полка ко мне пробился, у него там танковая рота и мотострелковая рота, и он с ними. Потом весь полк подтащил. Мы заняли круговую оборону, перешли в ночь. Дальше продвигаться в ночи было бессмысленно. Наутро получили задание совершить маневр, занять высоты и захватить телевышку города Гори. Это было 12 числа. К одиннадцати часам все высоты были взяты, телевышка была захвачена. В результате захвата телевышки был уничтожен личный состав грузинской противотанковой батареи и захвачены противотанковые пушки. Они были развернуты около лесочка. Получилось так, что мы заскочили и оказались выше их, и сверху сбили их и уничтожили. Перешли к обороне по этим высотам. В ночь 12-го было объявлено, что боевые действия российских войск прекращены. Ночью на тринадцатое было видно, как из Гори уходит большое количество грузинской техники. У наших боевых машин дальность стрельбы небольшая, поэтому вести огонь было бессмысленно. Их отход был панический они бросили столько техники, столько боеприпасов. Когда наши заходили в казармы, сбивали замки с оружейных комнат, в пирамидах не тронутые автоматы. Техника стоит прямо в хранилищах. Некоторая техника построена в колонны, так они и стоят брошенные. Были даже колонны с заведенными двигателями, с полным боекомплектом и заправкой. Мы захватывали пленных, и они рассказывали, что после нашего прорыва и боя у военной базы распространился слух, что две российские дивизии вторглись в Грузию и все сметают на своем пути, всех режут без пощады. Это была настоящая паника. После выполнения задания мы вернулись на территорию Южной Осетии и затем в расположение дивизии, в Псков. Потери батальона один человек скончался от ран. И девять человек раненые. Контрактники, которыми укомплектована часть, сработали на отлично. Я был в семье у того, кто скончался. Вручил жене Орден Мужества. Сам отправляюсь в Москву получать из рук Президента Звезду Героя России. " Автор: Геннадий Владимирович Анашкин, командир 104-го десантно-штурмового полка.Фронтовой дневник, война за кадромВместо вступления Только вчера (17 августа) вернулся из Цхинвала. Стоял в самолете 2 часа 30 минут. Взяли на подсадку пассажиром 121 на откидной стульчик в ЯК-42. Билетов не было, а домой хотелось. Увидев мою небритую физиономию в аэропорту Беслан, «Старшая Смены» по имени Светлана сжалилась... А, журналист, не переживай, улетишь! Ну, как вы там, ребята? Ну что там вообще? 10 дней был в «творческой командировке», как продюсер съемочной группы программы «Сегодня». Сейчас зализываю душевные раны и отдыхаю... Поймал себя на мысли, что при звуке хлопающей двери автомобиля я слегка пригибаюсь. Хлопушки и петарды в яхт-клубе по соседству, тоже не радуют. Напрягают. Хотя, уже дома с семьей и пью чай с плюшками... Смешно и страшно, страшно и смешно. Видимо за 10 дней приобрел новые, неведомые ранее рефлексы. 10 дней не видел телевизора, видел только то, что видел сам. Конечно, многое вошло в репортажи нашего корреспондента Вадима Фефилова (НТВ). Но там ведь сухие факты. Там информация, а вот личные переживания и ощущения, как правило, остаются за кадром. Увы. Мне, бывшему моряку-подводнику сложно разобраться в этой куче «сухопутного железа» и нюансах горной тактики. Тем более сложно быть свидетелем войны, в которой участвуют две регулярные, вооруженные до зубов армии. Все мы журналисты разницу определили так: «Если в Чечне были «федералы» и «сепаратисты», где можно было «получить» пулю, фугас или гранатомет, то на этой войне все изменилось. Безопасных мест не стало. В любой момент и в любом месте тебя может настигнуть «Град», снаряд, выпущенный из САУ или миномета, прилететь самолет и отбомбиться. Причем сразу и не поймешь, чей это самолет. Можешь сначала ручкой помахать, а потом лежать в канаве, прячась от осколков, сброшенной им бомбы. Противника не видно, но он где-то рядом. Хотелось бы сказать теплые слова в адрес наших военных. Видимо, ежегодные учения «Кавказский Рубеж» пошли впрок. Ввод войск в Южную Осетию был проведен образцово, быстро и эффективно. На второй день колонна бронетехники вытянулась от Владикавказа до Цхинвала. Вся эта армада вошла, рассредоточилась и дала отпор. Гениально. Будем считать это вступлением к «путевым заметкам». Постепенно расскажу обо всем. Надо осмыслить и переварить увиденное. Начало Сразу прошу прощения за возможный сумбур в изложении. Времени прошло мало и эмоции еще не улеглись. Хотя, может, благодаря этому, и получится передать атмосферу тех пяти дней, которые, возможно, поменяли Мир. Буду писать в настоящем времени. Так удобнее. Фамилии и имена менять не стану, да простят меня товарищи и коллеги. 4 августа. Телецентр «Останкино». Москва. Первый день на работе после весьма содержательного отпуска. Съемочная группа Руслана Гусарова (Наш Махачкалинский корпункт) и спутниковая тарелка (далее просто тарелка) уже в Цхинвале. Пока все тихо, но в воздухе витает непонятное напряжение. Обострения в Южной Осетии явление частое, поэтому все спокойны. Ну, постреляют... О более серьезном никто не думает. Подошел к шефу. Мол, если что, то я готов. Шеф порекомендовал расслабиться и сказал, что если бы не лето и отсутствие новостей, то и Гусарова бы не послали. 7-го августа днем. Сижу дома. Звонок. «Ты согласен вылететь завтра утром в Южную Осетию?» «Согласен!». Интересуюсь составом съемочной группы. Корреспондент- Вадим Фефилов, Оператор Тимур Воронов, Звукооператор-Геннадий Лисицкий, ну и я продюсер. Созвонился с Владикавказом по поводу автотранспорта (а/м Газель) до Цхинвали. Обещают «добыть». Собираю вещи, главное носки и майки. Успел сходить в магазин: литр коньяку, две палки сырокопченой и несколько банок тушенки. Пригодится. И вот в ночь с 7-го на 8 августа Грузия начала обстреливать Цхинвал с применением тяжелой артиллерии. Это после того, как было достигнуто соглашение о перемирии. Группа Гусарова и все журналисты укрылись в штабе Миротворцев. В 06.00 8-го за мной заехала машина. Сначала в телецентр «Останкино», потом в Домодедово. В коридоре встречаю шефа. Он на работе с 2-х ночи. Узнаю, что Гусаров несколько часов не выходит на связь и что происходит в Цхинвале не понятно. С нами этим же рейсом летит «тарелка». Паша и Дима,- инженеры, классные ребята и высокие профессионалы. Собираем каски и бронежилеты, оборудование. «Железа» много. По пути в аэропорт созваниваюсь с Владикавказом. С «Газелью» облом. Все отказываются туда ехать. Обещают найти другие машины. Поскольку телевизора не видим, то пока не страшно. Но тревожно. 13.30. Аэропорт «Беслан». Выгружаемся. Со взлётки поднимаются в воздух боевые вертолеты в количестве 5-6 штук и уходят в южном направлении. Война, блин! Машина за нами пришла. Водитель по имени Амур, отставной подполковник танкист. От него узнаем, что в Цхинвал уже не проехать. Давай, в Джаву! Оттуда близко! Тарелочники машину найти не могут, но торопятся. Все понимают, что в нашей работе быстрота важна как никогда. Быстрее на Юг!!! По дороге к границе обгоняем несколько военных колонн с танками, самоходками и прочей техникой. Насчитал не менее 100 машин. Подъезжаем к границе между Южной и Северной Осетией. Скопище машин и людей. Большая часть людей в камуфляже. Это добровольцы. Обстановка нервная. У многих нет документов, и их не пропускают наши пограничники. Нельзя без документов! Возле шлагбаума возникают стычки, даже со стрельбой в воздух. В толпе добровольцев нахожу майора-пограничника. Его «атакуют» осетины. Майор внешне невозмутим. Искусству дипломатии его не учили, но в такой обстановке по-другому нельзя. Пробиваюсь к нему сквозь толпу: Товарищ, майор, телекомпания НТВ. Помогите нам проехать туда без очереди. -Сейчас, успокоится обстановка... майор говорит и не верит в то, что говорит. Видимо внутри у него творится что-то страшное. Обстановка слегка разрядилась, но до 19-ти часового эфира чуть больше 2-х часов, а мы еще по эту сторону тоннеля. Тарелка только выехала из аэропорта на 2-х «копейках». Придется пересечь границу и возвращаться к тарелке на нашу территорию. Ну что поделаешь... В нейтральной зоне снимаем колонну медиков, готовых к выезду в Цхинвал. 15-20 машин Медицины Катастроф. У них все готово, но в Цхинвали не проехать. Звонят из редакции, просят подснять колонны нашей техники. Высовываемся с камерой из окна машины и обгоняем еще несколько колонн. Бойцы машут из открытых машин. Как на прогулке... Что ждет их дальше? Рокский тоннель позади. На выезде из него останавливаемся. По левую сторону в низине стоят наши артиллеристы. Машин со стороны Южной Осетии почти нет. Не видно ни машин с беженцами, ни машин скорой помощи. Странно. Записав корреспондента на фоне входа в тоннель, возвращаемся назад. Опять помог майор (я даже его имени не спросил). Вернулись к тарелке (они «развернулись», не доезжая границы). По пути видели залп нашими ракетами с российской территории в грузинскую сторону. Из ущелья. Наш локатор стоит уже за Рокским тоннелем, а ракеты и границу не пересекали. Круто! «Отстрелявшись» на 19.00, двинулись в Джаву. Темнеет, причем резко. Ночью надо обязательно попасть в Цхинвали. Мы единственные кто находится здесь, между Цхинвалом и Владикавказом. В Цхинвале Гусаров, Дай Бог живой! Джава. Ночной Цхинвал. Снова едем. На этот раз на границе тихо и машин поубавилось. Майор, сменился, но и без него проскочили быстро. Проверка паспортов, Рокский тоннель и вот мы снова в Южной Осетии. Стемнело окончательно. Водитель Амур нервничает. У него сел телефон, и семья волнуется за его жизнь. На территории Южной Осетии работает «Мегафон», но у нас у всех «Билайн», поэтому регистрируемся в грузинской сотовой сети. Связь нужна. Хотя сразу и не сообразишь, о чем говорить можно, а о чем нельзя. Наверняка грузины переговоры слушают. Продюсер съемочной группы Максима Березина (Владикавказ) порекомендовал нам остановиться у его родственников в Джаве на улице Сталина. Дозвониться до них он не смог, поэтому мы свалились, как снег на голову. Но нам оказались рады. Хозяйку дома зовут Джульетта, а хозяина Исаак. В доме нет электричества. Днем на Джаву (позже выяснил, что в тот день прошла информация, будто бы Джава «стерта с лица Земли») грузины совершили авианалёт, и что-то там повредилось. На столах закопченные керосинки, в туалет с фонариком. Наскоро перекусили и приняли «наркомовских» сто грамм. Больше нельзя -еще работать! Решили ехать в Цхинвал. Амур отпросился домой, и в нашем распоряжении остался водитель Артур Анзаров на своей старенькой «копейке». Ну, пора! С Богом! Столица Южной Осетии Цхинвал, находится за перевалом в низине, поэтому в Джаве ничего не слышно и не видно. 23.30 Выезжаем на площадь Джавы и поворачиваем в сторону стратегического моста через реку, за которой развилка. Направо объездная дорога, по которой все и ездят, налево дорога через грузинские села, там стреляют. Военной техники набилась куча. Танки, БТРы, «Камазы», «Уралы» и прочая дребедень. Идет 58-ая Армия! На площади несколько сот добровольцев. Многие уже с оружием. Народ вскрывает «цинки» (герметичные ящики с боезапасом) и разбирает патроны. Осетинские женщины режут из простыней белые ленточки и раздают мужчинам. Белая повязка, отличительный знак «свой!». Эмоции захлестывают. Смотрю на это скопище живой силы и техники, а в голову мысли дурные лезут, «Не дай Бог, грузинский самолет!» Но мысли гоню прочь. Пишем с добровольцами пару интервью и в путь. После развилки дорога резко уходит вверх. Фары неуверенно высвечивают путь. На дороге валяются крупные булыжники, иногда это напоминает причудливый «сад камней». Как они сюда попали? Оказалось, что, когда военная колонна делает остановку на подъеме, бойцы подкладывают камни под гусеницы, чтобы танк не съехал. Потом, естественно, никто эти камни не убирает. Вот такой слалом... Преодолели подъем. Машина работает, как часы. Пылища,- асфальт закончился. Сидим, молчим, смотрим по сторонам. Изредка попадаются встречные автомобили. Многие из них напоминают фантастические, немыслимые кабриолеты. Без единого стекла и с пулевыми отверстиями, но на ходу. Если оттуда едут, то и туда проехать можно... За поворотом наш танк (соляр закончился). Боец тормозит нас. Мужики, водички нет? Забирай!- отдали солдату полбутылки воды. Но за поворотом еще БМП (сломался). Другой боец и опять воды просит. Но воды больше нет. Преодолев подъем, катимся вниз. Время в районе 01.00 уже наступившего 09 августа. Чувствуем, что Цхинвал рядом, но ничего не видим. Во рту пересохло, появился кислый, мерзкий привкус опасности. Спина под бронежилетом намокла. Нагоняем какую-то машину. И вдруг, как будто прямо под нами, пошли белые всполохи. Серия вспышек, почти молний, отраженных от облаков, и низкий, бубнящий отзвук разрывов. Взрывы пляшут по низине, которую мы не видим. Адская картина! Понимаю, что там могут быть люди, и они гибнут. Да как бы сюда не шарахнули... Идущая впереди нас машина выключила фары, дала по газам и ушла на разворот в сторону Джавы. Мы остановились. Фары выключены. В голове мысль: и что теперь? Проделано 4/5 пути, вот она цель! Повернуть назад?! Да, хочется назад! Страшно, как хочется... Тимур снимает всполохи на камеру. Неожиданно воцарилась

Полная версия этой страницы:

ИноФорум > МЫ ШТУРМОВАЛИ ГОРИ.......